Туристы сплавляется по Чусовой в основном на байдарках или катамаранах, иногда встречаются очень интересные конструкции, представляющие собой деревянный настил, уложенный на надутые автомобильные шины. Народ самый разный, но объединяет их одно: они - настоящие туристы, с веселыми вечерне–гитарными стоянками, с необходимостью непрерывно грести и ставить палатки на ночь и во время дождя.
Мы же туристы ненастоящие, точнее, мы вообще не туристы. У нас совсем другие цели и причины плыть по Чусовой, и только одно у нас общее – мы получаем огромное удовольствие от сплава.
Немного технических подробностей: мы движемся по реке на специальных надувных спасательных плотах ПСН, на каждом по 6 – 8 человек. Такой плот предназначен для достаточно комфортного проживания военных моряков в течение долгого времени после кораблекрушения или еще какого-нибудь форс-мажора. Плот очень устойчив и скользит практически по самой поверхности воды, может проплывать мели, нереальные для байдарок. Если надуть крышу, внутри будет тепло и сухо в любую непогоду.
И еще одно достоинство плота: можно практически не грести, а плыть со скоростью реки и только иногда веслом подправлять направление, выбирать проход на мели и оплывать подводные камни.
Эти удивительные свойства позволяют полностью сменить среду обитания – мы постоянно плывем, практически не выходя на сушу, мы живем на воде. Кроме коротких остановок на гигиенические процедуры, мы пристаем к берегу один раз в день – приготовить обед, запастись термосами с горячими чаем или кофе и сделать прямо на берегу баню. Рассказать, что такое походная баня со свежими пихтовыми вениками я не возьмусь, это надо испытать самому.
Сплав длится и длится, и через несколько дней смена привычной среды обитания, когда перестаешь чувствовать под собой надежную твердость земли, приводит к сильному измененному состоянию. Сознание становится текучим, как сама река, непрерывное созерцание плавно сменяющихся пейзажей и отсутствие необходимости все время что-то делать превращают обычные сны в сновидения.
Как уже было сказано выше, мы плывем почти без остановок, и ночью тоже. В это время обычно и случается самое интересное. Когда жизнь на реке затихает, не слышно людей, птиц, и даже вода течет как-то по-особому тихо, остаешься наедине с собой и всем миром, и вечерний туман создает отдельную, только тебе принадлежащую Вселенную, в которой все – тайна.
… Мы вплываем в ночь, и длится она вечность. Управляя ночью плотом, приходится ориентироваться в основном на слух, а скорее даже на интуицию, и, когда встречаются особенно сложные участки реки, все твое существо становится цельным и «звенящим». Состояние бодрствования и сновидения ночью перемешиваются, пропадает привычная линейность восприятия и создается очень интересный рисунок реальности. Часто наутро невозможно вспомнить, что из пережитого ночью было сном, а что случилось на самом деле.
Дежурят на веслах обычно по двое из экипажа плота, остальные большую часть времени предаются совершенному безделью, потому что делать на плоту, в общем–то, нечего. Для людей, живущих в привычном городском беспокойстве, внутреннее и внешнее «замирание» на сплаве становится серьезным испытанием.
Активная жизнь в городе неуклонно подталкивает нас к постоянной озабоченности делами и проблемами, и это забирает у нас огромное количество энергии. Разрушение этого состояния позволяет приобрести качественно новые знания и дает нам возможность действительно измениться. Вскоре после начала сплава ограниченность пространства плота и необходимость общаться с небольшим и постоянным кругом людей приводят многих к дискомфортному состоянию, так называемой «внутренней катастрофе». И тогда необходимо научиться быть терпимым к проявлению других (а как они иногда бывают невыносимы!), находить компромисс между своими желаниями и действиями соседей – ведь все разные: кто-то постоянно говорит или разбрасывает свои многочисленные вещички, один постоянно чем-то недоволен, а другой всех «учит жизни», и все неправильно гребут... кроме меня, конечно. И еще много-много всего.
Мы все тесно связаны на плоту между собой, мы все время вместе и очень близко друг от друга, и поэтому сильно друг от друга зависим – это идеальное место для приобретения способности действовать в команде. Мы учимся толерантности и искреннему уважению к мнению своих товарищей, не ущемляя при этом своего жизненного пространства. Такие наработки закрепляются очень глубоко и впоследствии становятся частью жизни.
И всегда сплав – серьезное испытание для семейных пар, даже для тех, которые живут вместе уже много лет. Например, приходится разрушать привычку, поспорив или поругавшись, уйти в «другую комнату» и стоять до упора на своем. Мы вынуждены находить иные способы решения конфликта, ведь куда денешься с подводной лодки!
Природа на Чусовой потрясающая – древние Уральские горы, огромные камни-бойцы, овеянные легендами и преданиями: Омутной, рядом с которым река поворачивается на 180 градусов, Олений, Дыроватый с пещерами, тянущийся на целый километр, Кирпичный - похожий на старинные руины замка и многие другие. Путь проходит мимо единственного в своем роде монумента на Чусовой памятного креста на месте рождения сына Акинфия Демидова. Деревни с большими избами очень темного, почти черного дерева, многие из них совсем старые (некоторым из них более двухсот лет), но не ветхие. Смотришь на них и вдруг понимаешь, что стоять они будут, как эти горы, долго–долго.
Много птиц – цапли, утки, рябчики и другие, названия которых нам не известны. Часто над рекой кружат хищные птицы - соколы или ястребы, которые живут на скалах, нависающих над водой. Наверное, потому, что мы плывем со скоростью реки, эти птицы не обращают на нас внимания и не боятся. Иногда можно наблюдать, как взрослые учат своих птенцов летать и устраивают со своими бестолковыми чадами шумные «разборки».
Наша жизнь постепенно переплетается с жизнью реки, мы становимся ее детьми, такими же, как эти птицы и звери, кувшинки и камни. Ее любовь дарит нам покой и уверенность, что всегда все будет хорошо, потому что плохого просто не существует. Все дело лишь в том, принимаешь ли ты этот мир таким, какой он есть и себя в этом мире.
Возвращаясь в Город, мы еще долго плывем в сновидениях, нас качает на земле и, хотя временами на сплаве бывает очень и очень непросто, мучительно хочется обратно, на Реку.
